Последние события, как и в принципе любые экономические кризисы, связанные с падением цен на нефть и металлы, серьезно влияют на состояние казахстанского промышленного сектора. Речь идет о градообразующих предприятиях по добыче нефти и газа, производства электроэнергии и обрабатывающей промышленности. В отдельных населенных пунктах, называемых моногородами, обслуживанием таких предприятий прямо или косвенно занята основная часть работоспособного населения.

В Казахстане насчитывается 27 населенных пунктов, имеющих статус “моногорода”, где проживает около 1,5 млн человек или 16% от общего городского населения страны. Основными ключевыми проблемами моногородов являются потеря конкурентоспособности основных отраслей, низкое качество жилищной и транспортной инфраструктуры, низкая заработная плата и рост безработицы. 

Чтобы решить эти проблемы в РК запускали специальные госпрограммы, некоторые из которых уже завершились, но проблемы этих населенных пунктов так и остаются нерешенными.

 

Моногорода сегодня

После массовых беспорядков в моногороде Жанаозене (декабрь 2011 года), в мае 2012 года была принята Государственная программа развития моногородов до 2020 года, которая должна была решить их ключевые социальные и экономические проблемы. Программа классифицировала казахстанские моногорода по уровню потенциала – высокий, средний, низкий – причем, в группу городов с низким потенциалом попали только два города – Аркалык и Жанатас.

Согласно программе, предпринимателям в моногородах выделялись гранты и кредиты на развитие малого бизнеса. 

Ухудшение экономической ситуации в 2015 году привело к сокращению бюджета программы, на которую первоначально закладывали 1,1 трлн тенге. Затем, ввиду своей малоэффективности, программа развития моногородов была интегрирована в другую государственную программу – развития регионов (ПРР) до 2020 года.

Согласно отчету о реализации программы по развитию моногородов, теперь ее исполнение должно было выполняться по двум направлениям:

1) диверсификация экономики моногородов и развитие малого и среднего бизнеса. Диверсификация здесь должна была быть достигнута через реализацию так называемых “якорных” инвестиционных проектов, которые бы способствовали созданию других производств в моногородах.

2) развитие инфраструктуры.

В 2017 году из 36 введенных в действие «якорных» проектов 24 были загружены более чем на 50% их проектной мощности. 

Из-за нехватки средств 12 «якорных» проектов простаивали. К примеру, в городе Хромтау простаивали все три таких запланированных проекта — строительство и расширение макаронной фабрики, строительство завода по брикетированию угля и строительство завода по производству санфаянсовых изделий на предприятии. Активные работы шли только по одному из проектов — заводу по производству керамической плитки, общая стоимость которого составляла 13,5 млрд тенге. Предполагалось, что с выходом на полную мощность на заводе будут трудоустроены порядка 520 человек к 2020 году. Остальные два проекта оставались проблемными, и новостей по ним пока не было.

В список “якорных” инвестпроектов в моногородах часто попадают ранее существовавшие проекты по расширению производственной отрасли моногорода с прогнозируемым количеством новых рабочих мест в качестве центрального критерия. Это не приводит к диверсификации экономики моногорода. Например, жители города Жезказган говорят о том, что кроме государственных учреждений, базара и “Казахмыса” мест для работы в городе не было до 2012 года, не появилось и после реализации ПРР. 

 

Кратко об отчетах

В 2018 году было реализовано 15 «якорных» проектов в 7 моногородах (из 27) с созданием 2,4 тыс. постоянных рабочих мест, что меньше половины плановых 37. Годом ранее по отчетам вообщем реализовывалось 64 таких якорных проекта, которые создают более 26 тыс. рабочих мест.

Напомним, население в моногородах Казахстана составляет 1,5 млн человек и для того, чтобы диверсифицировать экономику моногородов, речь должна идти не о десятках, а о сотнях тысяч рабочих мест.

Отчета о реализации программы за 2019 год в публичном доступе пока нет. В конце минувшего года на заседании правительства по результатам всей программы моногорода упоминались один раз: благодаря ПРР снижен износ сетей водоснабжения на 10%, а износ электросетей на 12%. Последний доступный отчет по программе (2018) свидетельствует, что средства, выделенные на реализацию программы освоены на 99,6% (243,5 млрд тенге); на 2019 год на реализацию проектов в моно- и малых городах выделено 10 млрд тенге. Также указывается, что реализовано 331 проекта по строительству/реконструкции систем водоснабжения и 1,9 тыс проектов по финансовой поддержке местного самоуправления. 

Возникают следующие вопросы: насколько эффективна данная программа и почему моногорода до сих пор не самостоятельны и нуждаются в помощи?

Одним из целевых индикаторов программы моногородов 2012 года являлось снижение уровня безработицы в моногородах до 5% к 2020 году. На сегодняшний день на сайте Комитета по статистике МНЭ РК последние официальные данные по моногородам доступны в большинстве случаев не по всем 27 моногородам. Но и из тех, по которым информация доступна, в городах Аркалык, Рудный, Лисаковск и Кентау уровень безработицы выше 5%.

Но в РК безработица часто замаскирована в самозанятость. Авторы исследования Всемирного банка Kazakhstan. A Long Road to Recovery (2016)  указывают, что показатели по самостоятельно занятым могут более точно отражать проблемы на казахстанском рынке труда, чем показатели безработицы. Действительно, если посмотреть на процент самозанятых, то в моногородах Кентау, Текели, Житикара, Степногорск, Рудный, Лисаковск и Аркалык он гораздо выше уровня самозанятых в среднем по Казахстану (16% в 2019 году). Это реалистичнее описывает ситуацию на рынке труда моногородов. 

Среднемесячные доходы в большинстве моногородов не достигают национального уровня.

 

Читать также ...
Профессиональный футбол в РК: к чему приводит отсутствие планирования?

 

Не последняя программа

Недавно правительством РК создана новая Программа развития регионов – теперь до до 2025 года, на реализацию которой будет выделено 1,3 млрд тенге. Вопросы ЖКХ, а также ряд архитектурных и городских проектов, которые реализовывались в рамках программы до 2020 года, будут интегрированы в Государственную программу «Нурлы жер». На заседании правительства в конце 2019 года было доложено, что определены новые центры роста – 18 отдаленных и приграничных моно- и малых городов.

Слабая отчетность, вопросы с бюджетом и планирование государственных программ в нашей стране влияют на эффективность их реализации, и программы по развитию моногородов не являются исключением. Как и в программе до 2020 года, новая ПРР не содержит методологии классификации моно- и малых городов по группам с тем или иным уровнем экономического потенциала. В критерии классификации включен показатель заработной платы жителей, однако показателей ситуации с трудоустройством (например, уровень самозанятости) в списке пока не наблюдается. В программе до 2025 года по прежнему насчитывается только 2 моногорода с низким потенциалом.

Реализация ПРР 2012-2020 шла сверху вниз. Чтобы эффективно решать проблемы на местах, очень важно работать над развитием местного самоуправления, особенно в вопросах межбюджетных отношений и реализации антикризисных мероприятий. Важны коммуникации с местными жителями, которые точнее укажут на проблемы населенных пунктов, чем местные власти.

Необходимо пересмотреть подход к диверсификации экономики моногородов. Например, в моногородах Австралии и США в фокусе оказались меры по развитию малого и среднего предпринимательства, предоставлении субсидий для малых предприятий и др. В условиях ограниченных ресурсов (в 2020 году экономика Казахстана вошла в очередной кризис) такие меры могли бы быть более эффективны, чем большие инвестиции в инфраструктуру.