Забирать часть прибыли у нацкомпаний периодически предлагают эксперты как из условно либерального, так и государственнического крыла общественной мысли. В то же время, отношения правительства и нацкомпаний настолько запутаны, что сложно однозначно сказать, какой образ подходит этой части госсектора больше – “жирные коты” или “дойные коровы”. 

Ekonomist.kz решил выяснить, как была исполнена президентская инициатива, и что это означает в свете давно начавшейся трансформации модели управления государственными активами в экономике. 

Со шляпой по кругу

Идея использовать часть прибыли нацкомпаний в интересах бюджета пришла руководству страны в кризисном марте 2020 года, когда стало понятно, что в течение ближайшего года-двух придется жить в условиях низких цен на нефть и снижающихся поступлений от малого и среднего бизнеса. 

В выступлении на Госкомиссии по обеспечению режима ЧП президент Токаев, говоря о нацкомпаниях, заявил: “Считаю, что нацкомпании должны произвести выплату дивидендов государству за прошлый год в размере до 100 процентов от чистого дохода”. 

Под “национальными компаниями” в Казахстане обычно понимаются не все компании с государственным участием, работающие в рыночных условиях (public corporations), а узкий круг портфельных компаний контролируемого правительством ФНБ “Самрук-Казына”. 

Однако правительство РК, по-видимому, восприняло это указание как задачу для всего госсектора. 30 марта пресс-служба правительства сообщила о принятии постановления правительства, где было указано: “Государственным органам, осуществляющим права владения и пользования государственным пакетом акций (долей участия в уставном капитале) АО (ТОО), при проведении годовых общих собраний акционеров (участников) в установленном законодательством порядке принять меры для направления части чистого дохода АО (ТОО) на выплату дивидендов (дохода) в размере до 100% от суммы чистого дохода по итогам 2019 года, отраженного в годовой финансовой отчетности, и их своевременного перечисления”.

Там же было указано, что доля, распределенная в качестве дивидендов по итогам 2020 года, должна быть “в размере не менее 70% от суммы чистого дохода, отраженного в консолидированной годовой финансовой отчетности, а в случае отсутствия дочерней (дочерних) организации (организаций), в неконсолидированной годовой финансовой отчетности, и их своевременного перечисления”. 

В выступлении 10 июля президент подтвердил, что видит в сборе дивидендов нацкомпаний не частную акцию, а практику: “Одним из источников пополнения бюджета должны стать дивиденды на госпакет акций. Не в качестве антикризисной меры, а на постоянной основе. После тщательного изучения этого вопроса его следует закрепить законодательно. Компании государственные, поэтому полученные ими доходы являются государственными деньгами и должны поступать в государственный бюджет”.

Кто сдал больше?

Объектом представленного анализа итогов выполнения президентского поручения стали только крупные портфельные компании ФНБ “Самрук-Казына”. Анализ проводился по открытым источникам. Автор допускает, что предоставленная информация может дополняться, а совокупный объем дивидендов отдельных дочек “Самрук-Казыны” может увеличиться, хотя и незначительно. 

Общая сумма дивидендов, выплаченных 15 компаниями, входящими в ФНБ – 253,2 млрд тенге, в том числе причитающаяся на материнскую организацию сумма – 217,4 млрд – около 18% совокупной чистой прибыли указанных компаний. Обратим внимание, что “Самрук-Казына” выплатил правительству дивиденды в размере 120 млрд тенге или около 8% своей чистой прибыли. 

Чистую прибыль получили 11 из 15 компаний. Дивиденды решили выплачивать 7 компаний. Примечательно, что 4 из этих 7 – компании, чьи бумаги торгуются на фондовых биржах. Всего списке-15 “листинговых” компаний 6. 

Формулировка, выбранная президентом и транслированная правительством была неопределенной – “до 100% чистого дохода” – давала компаниям большую гибкость в выборе доли чистой прибыли, которой они были готовы делиться с акционерами. 

В итоге 100% чистой прибыли на дивиденды пустила лишь “Казпочта”. Но эта прибыль невелика – 54 млн тенге, (показатель рентабельности продаж – 0,5%). “Казпочта” – нацкомпания с большой социальной нагрузкой, задача которой поддерживать почтовое сообщение между центром и самыми удаленными уголками страны, что вынуждает компанию на отдельных направлениях работать ниже рентабельности. 

Около 80% чистой прибыли пустил на дивиденды “Тау-Кен Самрук”, компания, в последние годы разрабатывающая сложные месторождения твердых полезных ископаемых и получающая операционный убыток, который компенсируется за счет денежного потока от доли государства в “Казцинке”. 

Примерно 74% чистой прибыли направил на дивиденды KEGOC, 46% – “Казатомпром”, 43% – “Самрук-Энерго”. Наименьшую долю чистой прибыли пустили “Казахтелеком” и “КазМунайГаз”: третья и первая по объему выручки дочки ФНБ пустили на дивиденды 15 и 7% чистой прибыли соответственно. 

Старая или новая модель?

Тема специфических отношений ФНБ и правительства уже становилась объектом наблюдения Ekonomist.kz. Фонд и его портфельные компании несут на себе бремя государственной политики в соответстующих отраслях экономики, инвестируя в основной капитал новых компаний, поддерживая производителей за счет низких тарифов, обеспечивая строительство инфраструктуры в тех случаях, когда рентабельность этих проектов отрицательна. Одной из “повинностей” нацкомпаний является строительство социальных объектов в регионах присутствия и приоритетных для правительства регионах. 

Взамен нацкомпании получают дешевое финансирование из бюджета и возможность монопольно работать на некоторых рынках на протяжении нескольких лет, а иногда – бессрочно. 

При этом в ФНБ уже долгое время декларируют переход от формата операционного холдинга к инвестиционной компании по образцу сингапурского Temasek. Последний раз об этом было заявлено по итогам встречи председателя правления “Самрук-Казыны” Ахметжана Есимова с президентом Токаевым 28 октября 2020. “Президенту Казахстана презентовали концепцию преобразования фонда в инвестиционный холдинг. По словам председателя правления “Самрук-Казына”, это позволит диверсифицировать портфель по географии и отраслям активов, повысить доходность инвестиций и увеличить поступления в бюджет за счет роста дивидендов”, – сообщила пресс-служба Акорды. 

Однако ключевая особенность работы сингапурского холдинга в том, что на него не возлагаются задачи государственной политики. Четко сформулировано, что правительство в случае проблем, не будет поддерживать его финансово. Интерес правительства состоит в том, чтобы холдинг зарабатывал. 

В период кризиса роль “Самрук-Казыны” решили немного скорректировать. Фонд заставили платить больше дивидендов, и этим он стал в большей степени соответствовать идеальному образу. Но с фронта работы, связанной с госполитикой развития бизнеса и отраслей экономики, фонд никто не снимал. В кризис приоритетной стала такая задача, как поддержка отечественного малого и среднего бизнеса через офтейк-контракты. 

Отказываться от действующей модели в ближайшие годы не планируется. В ноябре 2020 года стало известно, что правительство поручило ФНБ “обеспечить финансирование строительства двух научно-инновационных многопрофильных клиник в городах Нур-Султане и Алматы”. Постановление правительства на этот счет было опубликовано 4 ноября. 

Судя по всему, в ближайшие годы мы будем наблюдать микс двух моделей – с одной стороны нацкомпании будут нагружать непрофильными задачами, с другой – требовать исполнения целей госпрограмм и антикризисных мер и выделять на это бюджетные деньги, с третьей – изымать средства в виде дивидендов, преследуя интересы бюджета. Одновременно будет повышаться давление на менеджмент нацкомпаний со стороны антикоррупционных служб. 

The post Дивиденды на стол: как ФНБ “Самрук-Казына” выполнил поручение президента appeared first on Ekonomist Media.

Фонд продолжает наращивать активы, при этом избавляясь от груза неэффективных предприятий, передавая их правительству, и списывая убытки по отдельным проектам развития. Сумма убытков не очень велика в масштабах «Самрук-Казыны», но сама по себе впечатляет. 

Хороший год

Уверенный рост экономики Казахстана, увеличение трафика по направлению ЕС – Китай и относительная стабильность на нефтяном рынке обеспечили общий рост выручки “Самрук-Казыны” на 5,5% до 10,7 трлн тенге. Отношение выручки фонда к ВВП РК составило 16%. Чистая прибыль увеличилась до 1,4 трлн тенге – на 13,9%. 

Выручка от продажи нефти, газа и нефтепродуктов по-прежнему составляет 66% всей выручки ФНБ, но в 2019 году рост был сосредоточен в других направлениях: это грузовые железнодорожные перевозки (+13%), реализация урановой продукции (+17%), продажа аффинированного золота (+70%) и телекоммуникационные услуги (+102%). 

Прибыль от долей в совместных предприятиях и ассоциированных компаниях выросла на 21% до 916 млрд тенге. Около 45% этой суммы генерирует один актив – доля в “Тенгизшевройле”; всего крупные нефтегазовые, включая транспортные активы создают 88% прибыли от СП “Самрук-Казыны”. 

Активы ФНБ увеличились на 2,6% до 26,4 трлн тенге, причем основные средства выросли на 3,5%. На 14,6% увеличился объем инвестиций в совместные предприятия и ассоциированные компании. 

Обязательства сократились на 5,7%, в том числе краткосрочные – на 12,2%, долгосрочные на 3,3%. Доля долларовых займов за год была снижена с 77 до 69%, а в абсолютных показателях сократилась на 12,5%. 

“Самрук-Казына”, после кризиса 2015-2016 столкнувшийся с высокой долговой нагрузкой, к новому кризису провел серьезную работу над ошибками. Отношение долг/EBITDA за 2019 год сократилось с 3,00 до 2,51. 

Не продать, так отдать 

Главный процесс для ФНБ в последние 5 лет – трансформация, важной частью которой является приватизация части активов через продажу стратегическим инвесторам или посредством размещения на фондовом рынке. И если размещения пакетов дочерних компаний на бирже подробно освещаются в СМИ, продажа активов стратегам, как правило, остается в тени. 

Но освобождение от активов для “Самрук-Казыны” не всегда означает приватизацию. В 2019 году фонд передал пакеты серии активов государству. В числе таких активов – АО “УК СЭЗ Химический парк Тараз” (90% акций) и ТОО “МАЭК-Казатомпром” (100%) – они были переданы Комитету госимущества и приватизации (КГИП) Минфина РК. Контроль в компаниях, владеющих аэропортами Актобе, Атырау и Павлодара был передан акиматам областей. 

В 2019 году ФНБ “Самрук-Казына” отказался от приватизации “Тегис Муная”, дочки своей портфельной компании “Самрук-Энерго”. “Тегис Мунай” был в списке на приватизацию с 2014 года, но так и не нашел покупателей. В октябре прошлого года Госкомиссия по модернизации одобрила возвращение компании в список активов группы.

ФНБ через портфельную компанию “Казатомпром” получил контроль над ТОО “Байкен-U”, компанией, которая разрабатывает проект Харасан-2 на месторождении Северный Хорасан в Кызылординской области. Сделка была закрыта в конце 2018 года и отражала возврат контроля нацкомпании над тремя совместными предприятиями – “Байкен-U”, а также ТОО “Кызылкум” и ТОО “СП “Хорасан-U”, контроль над которыми обеспечивался через Energy Asia BVI. Причину возврата активов в собственность казахстанской стороны в январе 2019 года назвал тогдашний глава Минэнерго Канат Бозумбаев: инвесторы не выполнили обязательства по передаче технологий. 

“Самрук-Казына” также отказался от продажи доли в турецком Sekerbank TAS (19,4% на конец 2019). В 2018 году банк балансировал на границе рентабельности, а по итогам 2019 года показал чистый убыток. 

Самой крупной покупкой 2019 года для ФНБ стало приобретение 50% в Экибастузской ГРЭС-2 у российского “Интер РАО” за 25 млн долларов, или 9,6 млрд тенге при балансовой стоимости всего актива в 137 млрд, то есть актив достался почти в 7 раз ниже балансовой стоимости. На момент публикации отчетности фонд проводил независимую оценку активов. 

Кое-что ФНБ в 2019 году все же продал. В феврале была закрыта сделка по продаже сети заправок KMG Retail, за которые “Самрук-Казына” выручил 60,5 млрд тенге. Месяцем ранее вступил в силу договор о продаже Казахстанско-Британского Технического университета, который “КазМунайГаз” (КМГ) уступил ОФ “Фонд образования Нурсултана Назарбаева”. Общественная организация будет выплачивать 11,4 млрд тенге тремя траншами в течение двух лет. Из актива КМГ выходит с минимальной прибылью: КБТУ периодически терпел убытки. 

Ты мне, я тебе

В 2019 году формат отношений “Самрук-Казыны” и правительства не изменился. Правительство поддерживало фонд деньгами по стоимости ниже рыночной, ФНБ выполнял социальные проекты. 

Правительство докапитализировало фонд на 95,2 млрд тенге. Еще 440 млн тенге “Самрук-Казына” получил в виде имущественного вклада от КГИП.

В свою очередь фонд заплатил правительству 64,8 млрд дивидендов. Также он приобрел облигации НУХ “Байтерек” на 5,8 млрд тенге по ставке 0,15%, в итоге получив убыток по этим бумагам в 2,5 млрд тенге. Общий дисконт по всем займам, полученным по ставке ниже рыночной, в фонде оценили в 26 млрд тенге. 

Совокупная стоимость социальных проектов, которые в интересах правительства финансировал “Самрук-Казына” в 2019 году – 36,3 млрд тенге. В эту сумму вошли расходы на строительство Казахского драмтеатра в Нур-Султане, восстановление пострадавшего от ЧП летом минувшего года Арыса и строительство новых объектов в ставшем областным центром Туркестане. 

Понять и списать

По итогам минувшего года ФНБ признал убытки от обесценения по серии активов развития, сосредоточенных в нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей промышленности. 

Признанный убыток от обесценения разведочных активов по проектам “Сатпаев” и “Н” составил 34,5 и 67,9 млрд тенге соответственно. Причем, на “Сатпаеве” КМГ отказался от контрактной территории и в апреле 2019 года списал активы. В сентябре 2019 года было принято завершить проект на месторождении Каламкас-море, списав активов по разведке и оценке на 45,6 млрд тенге. В декабре КМГ вышел из проекта “Жемчужина”, признав убыток от обесценения на 38,2 млрд тенге. Списание этих средств произойдет после возврата контрактной территории правительству. 

Разведочные браунфилды РД КМГ, по которым были расторгнуты контракты на недропользования, а территории возвращены правительству, потянули на 18,9 млрд. “Самрук-Казына” также признал убыток от обесценения в размере 24,5 млрд тенге по самоподъемной буровой установке “Сатти”. Убыток по баржам был оценен в 11,8 млрд. 

По итогам теста на обесценения инвестиций в строительство интегрированного газохимического комплекса в Атырауской области были обесценены и списаны 24,8 млрд тенге и признано дополнительное обесценение на 465 млн тенге. 

Убыток от генерирующих денежный поток иностранных активов составила 93,5 млрд на KMGI и 12,6 млрд тенге на Батумском нефтяном терминале. 

Общий объем убытков по этим проектам превышает 370 млрд тенге. 

По меркам «Самрук-Казыны», генерирующего выручку в 10,6 трлн тенге в год, 370 млрд тенге – это не так уж много, тем не менее, это сумма, сопоставимая с годовым бюджетом Атырауской или Восточно-Казахстанской областей.

Эти и многие другие неудачные проекты “Самрук-Казыны”, “Байтерека” и “КазАгро” можно смело назвать провалами казахстанского госкапитализма. 

Конечно, от неудачных решений не застрахован никто, но не стоит забывать: за ошибки государственных управленцев в конечном счете платит бюджет, а неэффективно вложенные деньги госкомпаний могли пойти на инвестиции в локальную инфраструктуру и человеческий капитал. 

The post Год “Самрук-Казыны”: в 2019 ФНБ получил прибыль и признал убытки appeared first on Ekonomist Media.

Почему это важно?

Годовой отчет предлагает гораздо больше информации, о том как работает компания, по сравнению с финансовой отчетностью. Помимо операционных и финансовых показателей в этом документе освещаются вопросы стратегии, корпоративного управления и управления рисками, управления персоналом и социальной политики, охраны окружающей среды и т.д. Знакомясь с годовым отчетом, аналитик, изучающий работу компании, может получить достаточно полное представление о ней. Конечно, этот документ, как правило, отражает лишь одну позицию – руководства компании – и часто не охватывает весь круг чувствительных вопросов, но даже плохой годовой отчет говорит о многом: видны серые зоны, источники потенциальных рисков.

От национальных компаний мы ждем особенно высокого уровня прозрачности. 

Стоит помнить про то, какой мультипликативный эффект их работа оказывает на экономику и граждан. В этих компаниях работают десятки тысяч людей, от их заказов зависит работа тысяч местных поставщиков товаров и услуг, их налоги являются важной частью государственного бюджета, а инвестиции – важным фактором инфраструктурного развития регионов. Мы хотим, чтобы национальные компании в Казахстане работали честно и эффективно, потому что от этого зависит жизнь миллионов людей и работа многих организаций. И именно для этого нужно, чтобы они обладали наивысшим уровнем прозрачности и подотчетности в стране.

И многие национальные компании движутся в верном направлении. По итогам ежегодной оценки качества годовых отчетов Рейтинговым агентством «QRA» можно говорить, что в Казахстане ежегодно выпускается около 100-130 годовых отчетов. Немного, учитывая что крупных компаний в стране несколько тысяч. Большинству казахстанских компаний предстоит еще долгий путь в сторону прозрачности.

Однако последние несколько лет мы замечаем, что компании группы “Самрук-Казына” не только выпускают годовые отчеты (что уже хорошо), но и часто входят в лидеры рейтинга – это означает, что их отчеты довольно информативны и некоторые из них могут считаться лучшими практиками в Казахстане, создавая бенчмарк для других организаций.

В рейтинге годовых отчетов, изданном в 2019 году, в топ-25 вошли 9 (из 12) портфельных компаний холдинга и сама холдинговая структура. В топ-10 рейтинга холдинг представляли 7 компаний. Если смотреть на динамику последних пяти лет, ситуация более или менее стабильна и большая часть компаний группы “Самрук-Казыны” входят в верхние строчки рейтинга годовых отчетов.  

Как они делают это?

Уровень отчетности зачастую отражает процессы, происходящие внутри организации.

Важным направлением развития годовых отчетов в последние годы по всему миру стало повышение качества раскрытия нефинансовой информации, в особенности по вопросам корпоративного управления и устойчивого развития (сюда входят, в частности, вопросы охраны окружающей среды, социальной политики, управления персоналом, закупок и др.). И качественное раскрытие такой информации трудно сделать, если в компании не внедрены определенные бизнес-практики.

В “Самрук-Казыне” в последние лет пять очевиден курс на внедрение принципов устойчивого развития в работу холдинговой структуры и портфельных компаний. Появились политики устойчивого развития, эти вопросы все более явно интегрированы в стратегии компаний, и видно, что по этим направлениям идет какая-то работа. Например, в холдинге становится нормой для компаний проведение работы по взаимодействию с различными заинтересованными сторонами (включая сотрудников, партнеров, местные сообщества, поставщиков и др.). Эта работа является ключевой для успешного движения в направлении устойчивого развития, именно через такое взаимодействие выявляются интересы заинтересованных сторон, которые затем компания будет учитывать при принятии решений менеджментом и при раскрытии информации в годовом отчете.

Скорость развития портфельных компаний различна. В последние пару лет, например, очевидно, что за устойчивое развитие серьезно взялся НК «КазМунайГаз», и эту сразу стало отражаться и на качестве годовых отчетов компании (в прошлом году отчет вошел в пятерку лучших в стране). В тоже время, например, “Казпочта” и КТЖ, судя по публичной информации, ограничиваются формальным внедрением вопросов устойчивого развития в свою деятельность, и являются отстающими в группе и по уровню отчетности.

«Казахтелеком» старается раскрывать информацию об устойчивом развитии по международным стандартам и сделал на своем корпоративном сайте соответствующий раздел. Однако информация в этом разделе – только за 2017-2018 годы. В отчете компании упоминаются стандарты отчетности GRI G4, которые перестали действовать 1 июля 2018 года, опубликован План коммуникаций со стейкхолдерами и Программа инициатив на 2018 год – эти документы с тех пор не обновлены, как и прочие материалы в этом разделе сайта. Это может говорить об отсутствии системной работы в области устойчивого развития. Интерес компании к этой теме, по нашему мнению, носил эпизодических характер, что полностью обесценивает идею долгосрочного устойчивого развития.

Однако, важно то, что это движение, хоть и плохо у некоторых, но идет у всех компаний группы, даже у дочек второго уровня. Это уже делает их бизнес-практики лучше, чем у большинства частных компаний. Последние за редким исключением не озабочены внедрением принципов устойчивого развития, развитием корпоративного управления, взаимодействием с заинтересованными сторонами и прочими подобными вопросами.

Компании группы “Самрук-Казына” также отличаются, как правило, неплохим раскрытием вопросов корпоративного управления – еще один фактор, который часто выделяет их на фоне частных компаний. Работа по развитию корпоративного управления в портфельных компаниях началась еще раньше, и тоже приносит плоды.

Помимо развития бизнес-практики национальным компаниям помогают публичные размещения. Инвесторы предъявляют повышенные требования к раскрытию информации. НАК «Казатомпром» всегда отличался хорошим уровнем бизнес-практики и отчетности, но после IPO все стало еще лучше. В прошлом году годовой отчет «Казатомпрома» стал лучшим в Казахстане по нашей оценке. KEGOC также в свое время стал лидером по уровню отчетности после народного IPO. Последние годы мы видим явный прогресс отчетности у “Эйр Астаны”, которая также готовится к первичному размещению акций в течение ближайших пары лет. Сам факт IPO к улучшению отчетности не приводит. Нельзя раскрыть то, чего нет. IPO скорее становится катализатором пересмотра многих вопросов в корпоративном управлении и других сферах деятельности компании, что в последующем отражается в отчетности.

В нашем рейтинге сравниваются казахстанские компании между собой. Качество годовых отчетов компаний, входящих в ФНБ, явно выделяется на местном уровне. Но если брать для сравнения лучшие зарубежные примеры, разрыв очевиден. Холдинг, в частности, сделал только первый шаг в направлении внедрения принципов устойчивого развития в свою работу, и еще достаточно далек от актуальной повестки бизнеса на развитых рынках. Например, почти не видно работы по таким вопросам, как разработка стратегии на базе ценностей организации, обеспечения равных возможностей работы для сотрудников разных социальных групп, оценки влияния изменения климата на бизнес-модель, учета интересов широкого круга стейкхолдеров топ-менеджментом при принятии ключевых решений, интеграции в работу Целей устойчивого развития ООН.

Несмотря на относительное лидерство в Казахстане, отчетности «Самрук-Казыны» еще есть куда расти.

Комментарий редакции Ekonomist.kz: 

Несмотря на многочисленную критику госсектора в целом и ФНБ “Самрук-Казына” вместе с дочерними компаниями, холдинг действительно отличается достаточно высокими по казахстанским меркам стандартами финансовой и годовой отчетности. Причем, это распространяется как на материнскую компанию АО “Самрук-Казына”, так и на портфельные компании. 

Но в этой работе бывают сбои и системные отклонения. 

К сожалению, по состоянию на 17 июля 2020 года финансовая отчетность общества за 2019 год так и не попала в публичный доступ, хотя за этот период отчитались все крупные дочерние компании «Самрук-Казыны». 

К системным отклонениям следует отнести реакцию одной из портфельных компаний ФНБ, “Тау-Кен Самрука”, на анализ данных финансовой отчетности, который сделал финансист Мурат Темирханов. На аналитика подали в суд (об этом Мурат Темирханов сообщил в своем Facebook-аккаунте): в компании считают, что он распространял заведомо ложную информацию. По экспертному сообществу в соцсети прокатилась волна негодования действиями руководства “Тау-Кен Самрука”. 

Хорошо, что “Самрук-Казыне” удается повышать уровень отчетности и прозрачности своей деятельности. Но было бы еще лучше, если бы отдельным портфельным компаниям одновременно удавалось повысить качество коммуникаций с экспертной средой. 

The post ФНБ как бенчмарк: чем хороши годовые отчеты “Самрук-Казыны”? appeared first on Ekonomist Media.