ПЕКИН – Многим развивающимся странам пока что удается избежать тех высоких уровней смертности и случаев заболевания COVID-19, которые наблюдаются в других государствах. По крайней мере в ближайшей перспективе это хорошая новость. Но плохая новость в том, что эти страны все равно вскоре окажутся в числе наиболее пострадавших – экономически.

Согласно оценкам Всемирного банка, почти 100 млн человек в мире могут скатиться в крайнюю нищету, что станет прямым результатом нынешнего кризиса. И это только верхушка айсберга, поскольку объемы экспорта из развивающихся стран обвалились, малый бизнес закрывается, а источники существования резко сократились.

Столь же мрачны бюджетные последствия: налоговые доходы находятся в свободном падении, в то время как государственные расходы увеличиваются экстраординарными темпами. От Бангладеш до Бразилии – все развивающиеся страны стараются удержать экономику на плаву с помощью госрасходов, финансируемых в долг. В ЮАР чрезвычайный пакет бюджетного стимулирования размером 26 млрд долларов стал крупнейшим в истории страны и достигает почти 10% ВВП.

Нельзя исключать вероятного начала кризиса суверенных долгов. Совокупный долг развивающихся стран быстро рос в последнее время и сейчас превышает 70 трлн долларов. Этому способствовал длившийся целое десятилетие поиск доходности в мире избыточной ликвидности и низких процентных ставок, которые стали следствием решения, принятого для борьбы с экономическими последствия мирового финансового кризиса 2008 года, а именно – политики количественного смягчения. Долговое бремя так называемых стран с переходной («фронтирной») экономикой увеличилось до 3,2 трлн долларов (это 114% их совокупного ВВП) с менее чем 1 трлн в 2005 году.

Реструктуризация суверенных долгов является поэтому неизбежной, что предвещает болезненный период для всех сторон. Необходимо срочно предоставлять немедленную помощь и разрабатывать долгосрочные решения долговой проблемы.

Одним из таких решений может стать «озеленение» суверенного долга развивающихся стран. Это можно сделать, привязав расходы страны на обслуживание долга к ее успехам в защите или увеличении так называемого природного капитала, то есть, по сути, биоразнообразия животных и растительных видов. Многие из экономически пострадавших стран обладают богатым биоразнообразием, но угрозы для их природного капитала сейчас возрастают, в том числе из-за изменения климата.

Инвестиции в природный капитал могут показаться излишеством. Однако «озеленение» суверенного долга развивающихся стран позволило бы не только смягчить экономический кризис, но и восстановить и защитить важнейшие активы, связанные с биоразнообразием, в том числе тропические леса, водно-болотные угодья, океаны и находящиеся под угрозой вымирания виды, а также обеспечить глобальные общественные блага и экологически устойчивый рост производительности.

Благодаря таким шагам, болезненная необходимость обернется тройной выгодой. Во-первых, предложив снижение процентных ставок и размеров выплат по основному долгу в обмен на улучшение качества природного капитала стран-должников, можно сразу смягчить их бюджетных трудности. 

Во-вторых, подобные улучшения будут стимулировать экологически устойчивый рост производительности в этих странах и их процветание, благодаря возрастанию стоимости природного капитала. 

В-третьих, в период рекордно низких процентных ставок подобные шаги становятся недорогим способом сохранения природных активов, которые критически важны для глобальной безопасности, а также для поставок продовольствия и борьбы с изменением климата.

Иными словами, сегодня есть прекрасный шанс (более того, это насущная необходимость) разработать новые подходы к суверенным долгам, опираясь на демонстрируемые результаты. Такие подходы помогут восстановить экономику и повысить устойчивость, благодаря улучшению состояния балансов развивающихся стран, в которых природный капитал будет фигурировать наряду с финансовыми активами.

Сегодня «зеленые облигации» на сумму около 750 млрд долларов уже являются частью глобального долгового ландшафта. Очевидным следующим шагом должны стать долговые инструменты с процентными ставками, привязанными к «зеленым показателям». Технологии больших данных обеспечивают надежный фундамент для получения необходимых показателей в реальном времени, что помогает установить доверие и избежать манипуляций с любой из сторон.

Требуются лидеры, и уже есть очевидные кандидаты. На международном уровне Китай и Евросоюз сегодня являются первопроходцами зеленой экономики, при этом они же держат значительную часть долгов развивающихся стран и обладают значительным влиянием на остальных держателей этих долгов. Вместе они могут добиться «озеленения» суверенных долгов.

Широкие жесты мультилатерализма и скоординированное заключение соглашений – это не то, что нам нужно для того, чтобы данная идея сработала. Более того, нам следовало бы избегать этого, если мы хотим быстро достичь продуктивных соглашений. При наличии правильной политической обстановки и искусного технического сотрудничества будет разумнее и быстрее для стран, перегруженных долгами и богатых биоразнообразием, а также для их кредиторов стремиться к заключению индивидуальных соглашений. Накапливаемый опыт и сетевой эффект (при некотором подталкивании) сделают все остальное.

Люди от природы не способны к мультизадачности. Нейробиологи заверяют, что для нас намного эффективней делать какое-то одно дело в данный момент времени. Но когда речь заходит об управлении обществом, верно обратное. Оказание помощи сообществам и странам, чтобы они смогли пережить этот экономический кризис, и одновременное повышение качества их природного капитала, обеспечивающего позитивное долгосрочное экономическое процветание, является и возможным, и необходимым.

Саймон Задек – председатель инициативы «Финансы для биоразнообразия» (F4B).

Copyright: Project Syndicate, 2020.

www.project-syndicate.org 

The post Зеленый аспект реструктуризации суверенных долгов appeared first on Ekonomist Media.

Денежный навес (так некоторые аналитики называли объем ликвидности в нотах Нацбанка) будет использован для финансирования дефицита бюджета.  

Перебалансировка

Об изменениях на рынке государственных ценных бумаг (ГЦБ) изложил на заседании правительства 11 августа 2020 года председатель НБ РК Ерболат Досаев.  

«Одним из приоритетов работы Национального банка является перенаправление избыточной ликвидности на нужды экономики, – рассказал он. – Для этого с прошлого года Национальным банком совместно с Министерством финансов ведется активная работа по увеличению предложения ГЦБ в среднесрочном сегменте при сокращении количества выпусков долгосрочных бумаг”.

Г-н Досаев охарактеризовал этот процесс как “перебалансировку ликвидности с краткосрочных нот Национального банка в государственные бумаги Минфина”. “С мая текущего года Минфин начал выпускать краткосрочные ГЦБ со сроком до трех лет. В свою очередь, Национальный банк с июля приостановил выпуск нот со сроком один год, что стимулирует интерес инвесторов к приобретению соответствующих ГЦБ Минфина”, – сообщил главный банкир.

“Перебалансировка” уже началась. 

Только за июль 2020 года объем краткосрочных нот НБ РК снизился на 13,5% до 2,8 трлн тенге; на максимуме в феврале он достигал 4,2 трлн. Минфин с начала года увеличил выпуск ГЦБ на 19,9% или до 9,8 трлн и обновил план выпуска ГЦБ со сроками погашения от 1 до 3 лет на сумму 1 трлн тенге.

Механизм “стерилизации” ликвидности через механизм краткосрочных нот Нацбанк предложил после перехода к режиму плавающего курса и инфляционного таргетирования осенью 2015 года, однако популярен этот инструмент стал начиная с весны 2016 года, когда объем нот в обращении превысил 1 трлн тенге.   

Постепенное сокращение доли нот НБ РК в структуре ГЦБ в обращении началось в апреле 2019 года. К июлю 2020 года их объем в общей структуре ГЦБ снизился на 16 п.п. до 23%. В качестве альтернативы 7-дневным нотам в феврале 2019 года Нацбанк предложил банкам второго уровня механизм депозитных аукционов. 

В интерсах инвесторов

В Нацбанке говорят о нескольких целях “перебалансировки”. 

“Дальнейшее развитие рынка ГЦБ с последующим построением адекватной кривой доходности и включением казахстанских ГЦБ в международные индексы развивающихся стран будет содействовать привлечению инвесторов, развитию финансового рынка и стабилизации экономики, диверсифицируя источники финансирования дефицита бюджета”, – подчеркнул на заседании 11 августа Ерболат Досаев.

Нацбанк действительно длительное время работает над повышением привлекательности внутренних выпусков ГЦБ для нерезидентов. В июле 2018 года он подключил рынок к депозитарно-клиринговой системе Clearstream, упрощающей доступ иностранных портфельных инвесторов к казахстанским ГЦБ (в первую очередь, к нотам, которые представляли наибольший интерес на вторичном рынке). В июле 2020 года НБ РК сообщил о расширении линии с Clearstream до типа Delivery versus Payment (DVP; “поставка против платежа”). 

“Формат предполагает проведение оплаты одновременно с переводом ценных бумаг, что снижает риски для вовлеченных сторон и соответствует лучшей мировой практике. Мы «технически» стали еще более интегрированы с глобальными финансовыми рынками, – прокомментировала заместитель председателя Национального Банка Казахстана Алия Молдабекова. – DVP позволяет снизить риски глобальных инвесторов при «входе» в государственные ценные бумаги Казахстана, а в условиях конкуренции за потоки капитала для нас это несомненный плюс в сравнении с аналогичными рынками”.

Приток инвесторов для Нацбанка как части государственного механизма с одной стороны и регулятора с другой хорош с нескольких сторон: больше источников фондирования, ниже стоимость заимствования, выше ликвидность рынка. Иностранные инвесторы, вкладывающиеся в ценные бумаги, номинированные в тенге, способствуют укреплению обменного курса тенге. 

Однако есть риск развития негативного сценария. Приток спекулятивного капитала или кэрри-трейдеров, которых интересуют высокие ставки по госбумагам, может быстро смениться оттоком. В случае ухудшения внешнеэкономических условий (например, падения цен на нефть, после чего ожидается ослабление тенге и снижение доходности актива в валюте баланса нерезидента), кэрри-трейдеры начинают продавать бумаги, повышая спрос на инвалюту, что приводит к дополнительному ослаблению обменного курса валюты эмитента и усугубляет его проблемы. 

Масштабы разбалансировки зависят от веса и влияния иностранных инвесторов в ГЦБ. В РФ, где доля нерезидентов среди держателей облигаций федерального займа составляет 31% (июль 2020), колебания курса, вызываемые в том числе продажами кэрри-трейдеров, могут достигать 5% в день.  

Нерезиденты пока не столь активны на внутреннем рынке ГЦБ. Из находящихся на начало 2020 года в руках у нерезидентов бумаг правительства и НБ РК на 6,5 млрд долларов лишь 6,3% (ГЦБ на 404 млн долларов) были выпущены внутри страны. Преимущественно это ноты Нацбанка.   

В Казахстане главным покупателем бумаг Минфина был Единый накопительный пенсионный фонд (ЕНПФ), который сосредоточил гособлигаций и нот НБ РК на 4,9 трлн тенге, или 41% объема госбумаг в обращении. 

В структуре активов самого ЕНПФ ГЦБ занимают 42%, в том числе 40% – среднесрочные и долгосрочные облигации МФ РК. 

Работаем на бюджет

Одна из важнейших функций госдолга, выраженного в ГЦБ, – это формирование условий для работы финансового рынка. ГЦБ влияют на выстраивание кривой доходности по долговым ценным бумагам, являются ценным активом для инвестиционных фондов, при определенных обстоятельствах обеспечивают приток иностранной валюты. 

Однако в период ближайших 2-3 лет более востребованной будет другая функция госдолга – обслуживание дефицита бюджета, который по официальным данным в 2020 году составит 3,5% при бюджетном правиле в 3%. Правительство РК в последние годы формирует до 30% доходной части, используя средства Национального фонда (причем объем трансферта в последние 5 лет только расширяется). Но даже с учетом таких вливаний дефицит бюджета растет и кабмину необходимы средства на его покрытие, а для этого придется занимать. Всемирный банк ожидает рост долга правительства в 2019-2021 с 19,8% до 30,5% ВВП. 

Это значит, что денежный навес перетекает не в такие “нужды экономики”, как инвестиционные проекты или пополнение оборотного капитала – именно туда могли бы быть инвестированы деньги, которые Нацбанк “откачал» из банков в ноты, если бы банки такие проекты нашли. 

Скорее, речь идет о нуждах бюджета, а не экономики. 

После того, как средства попадут в бюджет, они превратятся в зарплаты бюджетникам, пенсии и социальную помощь, а также в расходы по госпрограммам с сомнительной эффективностью и, конечно же, субсидии госсектору. 

The post Прощай, навес: избыточная ликвидность пойдет на финансирование дефицита бюджета appeared first on Ekonomist Media.