Несмотря на резкий спад экономических показателей в стране портфель рынка лизинга в Казахстане в 2020 году составил 752 млрд. тенге. Объем нового рынка лизинга (стоимость предметов лизинга, переданных лизингополучателям в течение года) увеличился на 29% и составил 393 млрд. тенге. Эти данные были получены Kursiv Research в рамках исследования казахстанского рынка лизинга, которое провел экономический обозреватель Сергей Домнин. В интервью Ekonomist.kz эксперт рассказал, что повлияло на рост рынка лизинга в Казахстане, и почему это важный механизм для стимулирования бизнеса.

«Рынок показывает хорошие темпы роста и обладает большим потенциалом. При этом надо учесть, что впервые за 25 лет экономика Казахстана показывает резкий спад, а рынок лизинга растет. ВВП Казахстана в 2020 году снизился на 2,6%, а кредитный портфель лизинговых компаний вырос на 32%», — отметил Сергей Домнин.

Ekonomist: Сергей, почему лизинг является важным механизмом для стимулирования предпринимательства?

— Среди лизинополучателей 48% – это малый бизнес и 9% – средний бизнес – то есть в сумме они составляют больше половины портфеля. Для малого и среднего бизнеса лизинг является хорошей альтернативой кредитованию в тех случаях, когда речь идет о приобретении машин и оборудования. Если это операционный лизинг, лизингополучатель платит только за аренду, не ставя основные средства себе на баланс, не уплачивая комплекс связанных с этим налогов. Если это финансовый лизинг лизингополучатель выигрывает за счет того, что такая сделка стоит ему дешевле, чем кредит за счет меньшей переплаты и оптимизации налоговых выплат.

Лизинг — это инструмент, который в Казахстане активно субсидируется государством. Не каждая компания и не под все сферы деятельности может получить кредит. Например, компании пищевой промышленности проще получить субсидированный кредит, чем торговой компании. Но если речь идет о легкой коммерческой технике, лизинг которой субсидируется, торговая компания может рассчитывать на льготный лизинг.

Ekonomist: Каковы доли квазигосударственных и частных компаний на рынке лизинга? С какими направлениями они работают?

— На рынке Казахстана работает около 20 лизинговых компаний. В идеале такие компании конкурируют за капитал – кто дешевле привлечет, тот сможет увеличить свою долю на рынке. Также конкурентным преимуществом является линейка поставщиков и особенности работы с ними. В условиях Казахстана к этому также прибавляется доступ к госпрограммам субсидирования ставки. Доминирующую роль на рынке занимают два государственных игрока – это Фонд развития промышленности (обрабатывающая промышленность) и КазАгроФинанс (агропромышленный комплекс). По данным на 2020 год они совокупно обладают 97% текущего портфеля.

Главное преимущество государственных игроков – доступ к капиталу. Как правило, основная часть их фондирования – бюджетные средства или займы материнских компаний по отрицательным реальным ставкам (ниже уровня инфляции). Средства привлекаются и с рынка, но их стоимость ниже, чем для частных компаний, за счет более высокого рейтинга государственных компаний. Это дает им преимущество перед частными игроками, которые привлекают капитал на рыночных условиях. Как результат – большая клиентская база, более крупный портфель и размеры сделок. Тут надо признать, что работа государственных лизинговых компаний нацелена на экономическое развитие в отдельных отраслях, и поэтому у них есть некоторые ограничения.

Все преимущества и недостатки регулирования и правового режима на все лизинговые компании распространяются в равной степени. Благодаря прямой государственной поддержке лизинг, как услуга и финансовый продукт становится все более распространенным в Казахстане. В связи с этим повышается доступность и осведомленность о данной услуге среди предпринимателей. Это создает позитивные условия для всех игроков на рынке — появляются новые игроки.

Ekonomist: Лизинг в Алматы — какой показатель по сделкам у города и в каких сегментах?

— По итогам 2020 года Алматы находится на шестом месте по сделкам. На город приходится около 5% сделок по объему в структуре нового рынка лизинга. Самую большую долю в структуре нового бизнеса в 2020 году получил город Нур-Султан (28,1%). Там квартируют компании, приобретающие в лизинг транспортную технику. На втором и третьем местах по показателям сделок занимает Костанайская (23,6%) и Северо-Казахстанская (7,5%) области, где сосредоточены потребители сельхозтехники. За ними следуют Карагандинская область (6,6%), где развита обрабатывающая промышленность, и аграрный регион — Акмолинская область (5,5%).

В отраслевом разрезе 40% объема составляет сельхозтехника и скот, которые являются основным средством для сельхозпредприятий, 29% — железнодорожная техника, 11% — грузовой автотранспорт, около 6% — машиностроительное оборудование, около 5% — медицинская техника. Это в разрезе портфеля. В отраслевой структуре новых сделок увеличилась доля медицинской техники и фармацевтического оборудования за 2020 год показатель вырос с 0,2% до 11%. Это связано не только с ростом финансирования, в том числе по бюджетному каналу, но и с тем, что основные лизингополучатели – медицинские клиники – открыли для себя лизинг, как продукт. Они убедились, что медоборудование необязательно покупать, а можно привлекать в лизинг. Лизинговая сделка может быть намного интереснее для организации, если компания рассчитывает работать в долгую.

Ekonomist: Что повлияло на рост рынка лизинга в Казахстане?

— У предпринимателей появилось понимание, что с помощью государственных средств можно решать свои задачи развития, несмотря на кризис. В прошлом году малый и средний бизнес находился в фокусе государственных программ, у него бурно росли инвестиции в основной капитал. Субсидирование ставки по ряду госпрограмм здесь сыграло важную роль, но в немалой степени рынок растет, потому что бизнес стал лучше понимать этот инструмент. Позитивно влияет на рост и то, что расширяется количество лизингодателей, участвующих в госпрограммах: льготный лизинг можно получить не только в государственных компаниях, но и в частных.

Ekonomist: Какие есть проблемы на этом рынке? Что мешает развиваться лизингу в Казахстане?

— Если вы имеете дело с рынком, на котором два крупных государственных игрока контролируют 97%, вероятнее всего, на этом рынке есть проблемы с конкуренцией. Даже с учетом того, что они достаточно высоко специализированы, конкурентных ниш достаточно, в итоге неравенство объемов и условий фондирования усиливает диспропорции.

Не развит рынок лизинга для физических лиц, и, по-видимому, пока в стране будут дешевые автокредиты, он так и не разовьется.

Один из игроков, который в том числе активно занимается операционным лизингом легковых автомобилей отмечал, что, приобретая автомобили для сдачи в операционную аренду, их компания не имеет право на зачет по НДС. При покупке автомобиля она оплачивает страховку, государственную регистрацию, платит НДС, а также несет расходы по налогу на транспорт.

У частных игроков зачастую возникают проблемы с фондированием. Однако в течение 2020 года и начале 2021 года мы видели серию успешных привлечений фондирования этих компаний через облигации. Есть еще и отраслевые проблема. Например, игроки, специализирующиеся на лизинге медицинской техники, говорят о плохой информированности медицинских организаций в преимуществах этого финансового продукта.

The post Лизинг в Казахстане: куда растет рынок? appeared first on Ekonomist Media.

Однако есть большие сомнения, что новый институт развития позволит существенно улучшить условия финансирование отечественной индустрии и стать рычагом ее роста. 

Подходящая площадка

Идею создания Фонда развития промышленности (ФРП) изложил на заключительном заседании Государственной комиссии по чрезвычайному положению 11 мая 2020 президент РК Касым-Жомарт Токаев. “За счет средств, собираемых в рамках расширенных обязательств производителей, можно создать Фонд развития промышленности. Его работа будет направлена на обеспечение доступного кредитования прорывных обрабатывающих предприятий по ставке не более 3%”, – заявил президент.

30 июня 2020 года на портале открытых нормативно-правовых актов появился проект постановления правительства РК “О некоторых вопросах поддержки предприятий обрабатывающей промышленности”. Проект разработан МИИР. Документ будет находиться на обсуждении до 13 июля этого года, после чего поступит на подпись премьер-министру Аскару Мамину. 

В проекте постановления предлагается создать Фонд развития промышленности на базе “дочки” Банка развития Казахстана – “БРК-Лизинг” (БРКЛ). БРКЛ, созданный в 2005 году специализировался на предоставлении льготного лизинга предприятиям обрабатывающей промышленности и был оператором Госпрограммы индустриально-инновационного развития (ГПИИР). На конец 2019 года объем портфеля БРКЛ по финансовому лизингу составлял 338 млрд тенге (учитывая дебиторскую задолженность по финаренде, авансы, уплаченные по финаренде и активы для передачи по финаренде); за год портфель вырос на 76%.

БРКЛ планируется переименовать в Фонд развития промышленности (ФРП) и расширить список текущих видов деятельности (финансовый лизинг) за счет добавления “инструментов кредитования юридических лиц, включая финансирование организаций осуществляющих лизинговую деятельность”. 

Выбор площадки БРКЛ объясняется тем, что этот институт развития уверенно растет и привлекает внешнее финансирование, его финансовое состояние устойчиво (что подтверждается кредитным рейтингом Moody’s Ba2). В пользу БРКЛ говорит и портфель реализованных проектов – через институт осуществлялась поддержка отечественных производителей автомобилей, сельхозтехники и железнодорожных вагонов, а также региональной авиации. То есть экспертиза в сфере автомобилестроения и прочих секторов транспортного машиностроения в БРКЛ уже наработана. 

Миссия ФРП отражена следующим образом: “поддержка и развитие индустриальной деятельности, обрабатывающей промышленности, участие в развитии транспорта и транспортной инфраструктуры”. В списке задач два пункта: (1) поддержка и стимулирование отечественных предприятий обрабатывающей промышленности через ГПИИР на 2020-2025 годы; (2) модернизация транспортной инфраструктуры и обновление транспортных средств через Госпрограмму инфраструктурного развития «Нурлы жол» на 2020-2025 годы. 

С учетом расширения списка видов деятельности ФРП будет заниматься лизинговым финансированием, кредитованием, финансированием оборотного капитала, а также фондированием фондирование лизинговых компаний. “Фонд будет финансировать на льготных условиях по ставке вознаграждения от 3% годовых, сроком до 20 лет в зависимости от инструмента поддержки”, – указано в проекте постановления правительства. 

“Принятие проекта не повлечет дополнительных финансовых затрат”, – указывают авторы документа, имея в виду издержки на создание нового юрлица. Смена вывески и расширение видов деятельности действительно не должны вызвать дополнительных расходов из бюджета. Однако операционная деятельность новой структуры без государственных денег точно не обойдется.

В проекте постановления предполагается, что сам ФРП будет финансироваться из средств республиканского бюджета, собственных и привлекаемых на коммерческой основе денег, а также “за счет средств, собираемых в рамках расширенных обязательств производителей”. Схема с расширенными обязательствами производителей следующая: ТОО «Оператор РОП», собирающий утилизационный сбор, отправляет часть собранных средств на счет МИИР, а министерство переправлять деньги на счет ФРП. Кроме того, ФРП сможет получать средства, неосвоенные министерством по другим направлениям. 

Фонд автопрома?

Вопросы к инициативе президента начали возникать еще до появления деталей ее реализации. После того, как стало известно, как эта инициатива будет претворяться в жизнь, количество вопросов выросло. Сформулирую главные из них.  

Цель создателей ФРП согласуется с логикой государственной политики диверсификации экономики и вообще логична для индустриализирующейся страны. Но подходы к ее выполнению кажутся не самыми удачными, учитывая историю модернизации казахстанской экономики последних 10 лет и другие важные аспекты государственной политики, да и просто рационального подхода к управлению госсектором.  

Во-первых, создание этого канала финансирования промышленности приведет к увеличению внебюджетных расходов, конечный оператор которых не подотчетен парламенту. Бюджетные деньги идут на поддержку национальной экономики не напрямую, а через квазигосударственный сектор – эта распространенная для РК практика регулярно критикуется независимыми экспертами, масса вопросов возникает и у Счетного комитета. Однако власти РК не торопятся ни реформировать квазигоссектор, ни сокращать объем расходов по этому каналу. 

Во-вторых, создание ФРП – это новая мера старой политики снижения процентной ставки. Эта политика была опробована на таких программах, как ДКБ, “Даму-Өндіріс”, “Производительность-2020”, “экономика простых вещей”. За десятилетие использования этого инструмента стало понятно, что он очень востребован предприятиями и банками второго уровня, но его использование не приводит к развитию новых отраслей обрабатывающей промышленности и общему росту доли обработки в структуре экономики, углублению технологической сложности экономики и росту несырьевого экспорта в кредитуемых отраслях, не создает предпосылки для роста количества игроков на рынке и усиления конкуренции. 

Само по себе снижение ставки кредитования для отдельных игроков, подходящих под требования госпрограмм, имеет лишь один очевидный эффект – увеличение прибыли этих игроков за счет выигрыша от льготного финансирования. 

Бизнес действительно требует снижения ставок и считает действующие ставки кредитования некомфортными, о чем свидетельствуют все без исключения конъюнктурные обзоры Нацбанка РК за последние 10 лет. Под влиянием госпрограмм средние ставки на рынке снижались, однако вместе с этим менялись и запросы предприятий: получив низкую ставку, они хотели еще более низкую – и так 10 лет. 

Одновременно росла доля неработающих займов, произошло два банковских кризиса, результатом которых стало расширение Фонда проблемных активов и крупные списания с балансов банков. После проведения AQR в казахстанском банковском секторе (2019-2020) стало окончательно ясно, что проблемы связаны не столько с плохим регулированием банковского сектора, сколько со слабыми балансами предприятий, дефицитом собственного капитала и качеством принимаемых решений. 

Номинальная ставка кредитов ФРП будет на 4 п.п. ниже усредненной 10-летней инфляции, а реальная – отрицательной. 

Означает ли это, что обрабатывающая промышленность будет расти ускоренными темпами? 

В-третьих, есть риск, что ФРП ограничится одной отраслью обрабатывающей промышленности – транспортным машиностроением, и конкретно автопромом, как наиболее развитой его отраслью. Если большая часть средств фонда пойдет в эту отрасль, то произойдет подмена частного целым, всей промышленности одной ее отраслью. Автопром – это крайне скромная часть казахстанской промышленности (1,24% промпроизводства, 0,25% занятых), но при этом получающая достаточно большое количество налоговых льгот и значительную субсидированных кредитов и субсидированных займов по лизингу. В интересах автопрома правительство ввело серию защитных барьеров и запустило программу льготного автокредитования.  

Получив функцию кредитования юрлиц бывший БРКЛ зайдет на поле конкуренции с другими государственными фининститутами. Например, материнской организацией – БРК, институтом развития сосредоточенном на кредитовании крупных проектов в обрабатывающей промышленности и транспорте, либо фондом “Даму”, который кредитует бизнес по программе ДКБ, не говоря уже о банках второго уровня, которым приходится конкурировать за заемщиков и между собой, и с государственными институтами развития. 

Позитивный момент – ФРП займется льготным кредитованием частных лизинговых компаний. Однако и тут не вполне понятны границы интересов. БРКЛ – один из активнейших игроков на национальном рынке лизинга и главный лизиногодатель в сфере обрабатывающей промышленности. Одним из главных конкурентных преимуществ компании была и остается стоимость фондирования, основу которого составляют бюджетные средства, переданные по цепочке бюджет – НУХ “Байтерек” – БРК – БРКЛ. 

В новой модели предполагается, что компания будет и конкурировать на рынке лизинга, и финансировать другие лизинговые компании, то есть конкурентов. Нет ли здесь конфликта интересов? 

Более корректным и согласующимся с политикой разгосударствления экономики решением была бы передача лизинговой части бизнеса БРКЛ в конкурентную среду. 

В то же время функции по льготному финансированию лизинговых компаний мог бы взять на себя БРК, уже имеющий опыт работы с частными финансовыми организациями – например, банками второго уровня. 

The post “Фонд 3%”: как поможет бизнесу еще один канал льготного кредитования? appeared first on Ekonomist Media.