Общая демографическая динамика

Центральноазиатский регион характеризуется устойчивым ростом населения в течение последнего десятилетия. Общая численность населения пяти стран увеличилась с приблизительно 79 млн человек в 2013 году до около 90 млн в 2023 году, что отражает высокий естественный прирост населения (превышение рождаемости над смертностью) практически во всех государствах региона [1].

Как меняется рождаемость в регионе

Центральная Азия отличается сравнительно высокими показателями рождаемости в глобальном контексте.

 Cуммарный коэффициент рождаемости (TFR) в ЦА превышает уровень простого воспроизводства (2,1) — в среднем одна женщина за жизнь рождает более двух детей.

Однако внутри региона есть значимые различия и заметные изменения за последнее десятилетие.

• Самый высокий уровень рождаемости традиционно наблюдается в Таджикистане: хотя TFR несколько снизился (с ~3,8–4,0 в начале 2010-х до около 3,1–3,4 в последние годы [1]), страна сохраняет лидерство. Это подтверждается и высокой долей детей: свыше 35% населения Таджикистана моложе 15 лет [2].
• Кыргызстан также исторически характеризуется высоким TFR, но за последнее десятилетие здесь наметилось умеренное снижение рождаемости – с ~3,2 до ~2,8 ребенка на женщину [3]. В результате Кыргызстан сейчас имеет сопоставимый уровень TFR с Туркменистаном (чуть выше 2,6) [4].

График 1.Суммарный коэффициент рождаемости (~2012 и 2022 гг.)

Источник: World Bank Open Data.

Напротив, Узбекистан и Казахстан продемонстрировали рост рождаемости после исторического минимума 1990-х – в последние 10 лет TFR в этих странах увеличился. В Узбекистане суммарная рождаемость выросла с примерно 2,5 до 3,3 [5], а в Казахстане – с ~2,5 до ~3,0 [6]. Рост рождаемости особенно заметен в Узбекистане, что частично связано с улучшением социально-экономической ситуации и мерами по поддержке семей[7],

Смертность и здоровье

Смертность в регионе снижается, что проявляется в росте ожидаемой продолжительности жизни и снижении детской смертности.

В Казахстане за годы независимости резко сократилась материнская смертность — в результате продолжительность жизни при рождении достигла ~74,4 лет.

а в среднем по региону она составляет около 71–74 лет (меньше в Таджикистане и Туркменистане, больше в Казахстане) [1], [6]. Это произошло благодаряпочти всеобщей доступности акушерской помощи

Тем не менее, сохраняются проблемные аспекты.

Кыргызстан:

• Продолжает сталкиваться с одним из самых высоких уровней материнской смертности в регионе – порядка 76 случаев на 100 тыс. рождений (оценка 2015 г.) [10], что существенно выше, чем в соседних странах.
• Это указывает на недостатки системы здравоохранения, особенно в сельских районах. Власти Кыргызстана при поддержке ЮНФПА реализуют программы по интеграции услуг репродуктивного здоровья в общую систему здравоохранения и развитию молодежных медико-консультативных центров [11].

Таджикистан:

• сохраняется низкий уровень охвата современной контрацепцией – неудовлетворённая потребность оценивается в 22%, а пользование современными методами – лишь ~29% [12].
• это приводит к высокому уровню рождаемости, включая подростковые беременности (коэффициент рождаемости среди девушек 15–19 лет в Таджикистане – около 42 на 1000, тогда как, например, в Казахстане – 18 на 1000) [13].

Таким образом, в Центральной Азии в 2010-е годы утвердился демографический режим с низкой смертностью и умеренно высокой рождаемостью, обеспечивающий естественный прирост населения. Хотя между странами есть различия (наиболее высокие рождаемость и прирост – в Таджикистане, наиболее низкие – в Казахстане), в целом

Регион сохранил молодую возрастную структуру и не столкнулся с депопуляцией, характерной для Европы [14].

В то же время перед системами здравоохранения в регионе стоят задачи:

• дальнейшего снижения материнской и младенческой смертности,
• выравнивания доступа к медицинским услугам в городах и селах,
• а также обеспечения репродуктивных прав (например, удовлетворение спроса на средства планирования семьи).

Миграционные процессы

Миграция оказывает существенное влияние на демографическую ситуацию в странах Центральной Азии. Для большинства государств региона характерен отрицательный внешнемиграционный баланс – значительные потоки рабочей силы выезжают на заработки за рубеж. Особенно это касается Таджикистана и Кыргызстана, где трудовая миграция стала важным социально-экономическим явлением.

Каждый год в следующих странах:

• Таджикистан: выезжает порядка 500 тысяч трудоспособных граждан (в основном мужчин) для временной работы, преимущественно в Российскую Федерацию [1]. По оценкам, совокупно за рубежом (главным образом в России) трудится около 1 миллиона таджикистанцев, что составляет более 10% населения страны.
• Кыргызстан: по разным данным, от 700 тысяч до 1 миллиона кыргызстанцев работают за границей (из ~6,7 млн населения) [2].

Денежные переводы мигрантов играют ключевую роль в экономиках этих стран.

В 2021 году переводы из-за рубежа составили около 31% ВВП Кыргызстана и 27% ВВП Таджикистана [3].

Это делает экономику уязвимой к внешним шокам, например, к кризисам в России — основном направлении трудовой миграции.

• Узбекистан также является крупным источником рабочей силы за рубежом. Только в 2021 году более 2 миллионов узбекистанцев работали за границей, из них подавляющее большинство — в России [4].
• Туркменистан традиционно остаётся закрытой страной, и официальная статистика о миграции практически отсутствует. Несмотря на официальное молчание, ООН фиксирует отрицательный миграционный прирост в стране на уровне около –1,7 на 1000 человек в 2022 году [8].
• Казахстан занимает особое место в регионе, поскольку стал страной иммиграционного притяжения. Если в 1990-е годы наблюдался отток населения (прежде всего русскоязычных граждан), то в 2010–2020-е годы ситуация изменилась. С 2020 года Казахстан фиксирует положительное сальдо миграции. Например, за 9 месяцев 2024 года чистый миграционный прирост составил более 10 тысяч человек [9].

Урбанизация и возрастная структура населения

Центральноазиатские общества исторически имели высокую долю сельского населения, однако за последнее десятилетие урбанизация в регионе ускорилась, особенно в Казахстане и Узбекистане.

Казахстан является наиболее урбанизированной страной региона: около 63% населения проживает в городах [1].

Урбанизация активно продвигается государством: строятся новые районы в крупных агломерациях (Астана, Алматы, Шымкент), развивается инфраструктура моно- и средних городов.

• Узбекистан также продемонстрировал рост уровня урбанизации, достигнув примерно 50% городского населения [2]. За последние годы столица страны Ташкент превысила 3 миллиона жителей, стремительно развиваются крупные областные центры — Самарканд, Андижан, Наманган.
• Туркменистан, по оценкам международных организаций, имеет уровень урбанизации около 54% [4]. Основная часть городского населения сосредоточена в Ашхабаде, Туркменабате и нефтегазовых регионах.
• Кыргызстан и Таджикистан остаются преимущественно сельскими странами. В Кыргызстане уровень урбанизации составляет около 37%, а в Таджикистане — всего 27% [5]. Основные центры урбанизации — столицы Бишкек и Душанбе.
• Средний медианный возраст — возраст, который делит все население на две равные по численности группы в регионе колеблется от 23 до 32 лет: Таджикистан – ~23 года, Кыргызстан – ~25 лет, Узбекистан – ~27 лет, Туркменистан – ~28 лет, Казахстан – ~32 года [6].

Проблемы и возможности

Демографическая ситуация в Центральной Азии даёт странам региона как уникальные возможности для устойчивого развития, так и вызовы, которые могут привести к социально-экономическим напряжениям, если ими не управлять грамотно.

К основным вызовам относятся:

• быстрый рост населения и давление на инфраструктуру [1];
• высокая зависимость от трудовой миграции [2];
• неравномерная урбанизация [3];
• недостаточная вовлеченность женщин в экономику [4];
• нехватка рабочих мест для молодёжи [5].

В то же время существуют и стратегические возможности:

• демографический дивиденд [6];
• развитие человеческого капитала [7];
• миграция как ресурс [8];
• гендерное равенство [9];
• региональное сотрудничество и обмен лучшими практиками.

Итак, центральная Азия остаётся одним из немногих регионов Евразии, где продолжается рост населения — совокупная численность региона увеличилась с ~79 млн до ~90 млн человек за десятилетие [3]. Это создаёт уникальные возможности для получения демографического дивиденда, но воспользоваться этим преимуществом можно только при условии целенаправленных реформ:

• создания рабочих мест,
• инвестиций в образование и здравоохранение,
• развития городской среды и гендерного равенства.

Региону важно выработать общий демографический вектор развития. Совместные программы, обмен опытом и координация стратегий между странами Центральной Азии помогут смягчить риски и превратить демографический рост в устойчивое развитие. Как показывает опыт других развивающихся стран, демография — это не приговор, а ресурс. Центральная Азия сегодня обладает этим ресурсом в избытке. Осталось правильно им распорядиться.

Список источников

1. [1] UN DESA, World Population Prospects 2022
2. [2] World Bank Open Data. https://data.worldbank.org
3. [3] Агентство по статистике при Президенте Республики Таджикистан. https://stat.tj
4. [4] Комитет по статистике Министерства национальной экономики Республики Казахстан. https://stat.gov.kz
5. [5] Национальный статистический комитет Кыргызской Республики. https://stat.kg
6. [6] Государственный комитет по статистике Республики Узбекистан. https://stat.uz
7. [7] UNFPA Uzbekistan. Population and Reproductive Health Report, 2022
8. [8] Министерство здравоохранения Республики Казахстан
9. [9] UNICEF Uzbekistan – Child Mortality Data 2022
10. [10] UNFPA Kyrgyz Republic – Maternal Health Report 2019
11. [11] UNFPA Kyrgyz Republic – Youth Health Access Assessment 2021
12. [12] UNFPA Tajikistan – Family Planning and Contraceptive Use Survey, 2020
13. [13] WHO Reproductive Health Indicators – Central Asia, 2022
14. [14] UN Population Division – Global Demographic Outlook, 2022

The post Демография в Центральной Азии как ресурс в избытке: обзор последних десяти лет appeared first on Ekonomist Media.